Библиотеки Тольятти — детям

«Ничто не берётся из ниоткуда. Ко всему ведёт долгий путь успехов и поражений. Но этот проект — уникальный, поражений на его пути не было. Издание краеведческой литературы для читателей тольяттинские библиотеки начали ещё в прошлом веке. С книги профессора члена-корреспондента Академии наук первого ректора Тольяттинского политехнического института Резникова Арона Наумовича «Эскизы прошлого в проекции на настоящее». И сразу успех. Читатели записывались в очередь, чтобы прочитать это уникальное издание. Стало очевидно: надо продолжать. И проект начал набирать обороты. Издавались книги бардов, историков, писателей, поэтов Самарской губернии… За 20 лет накопилась солидная история из 35 томов. И тогда мы почувствовали силы для следующего этапа.

«А почему бы, — подумали мы, — не начать сотрудничать с известными писателями, чтобы они писали книги для детей о нашем славном городе?»

Сказано — сделано.  Дмитрий Казаков, Юлиана Лебединская, Игорь Гольдин.

Это золотая ветвь нашего проекта «Тольятти. Избранное».

«Час желаний» — новый виток славного пути, однако теперь историю пишут не только Таисия с Сергеем, но и жители славного града Тольятти!  Книга написана в жанре городского фэнтези. Её героиня обладает сверхспособностями. Вместе с друзьями подростками ей предстоит спасти родной город от надвигающейся опасности. В ходе работы над романом  творческий тандем писателей старались отразить две темы: одиночество людей со сверхспособностями и жизненный протест, характерный для большинства подростков. Книга «Час желаний» может не только заинтересовать как подростков, так и взрослых читателей, но и дать шанс почувствовать себя частью фантастической истории. В будущем Таисия Севрюкова, Сергей Чекмаев и создатели проекта «Библиотеки Тольятти – детям» планируют организовать театральный конкурс на лучшую постановку полноценного спектакля по книге «Час желаний».»

Ольга Вавилина,
заместитель директора МБУК «Библиотеки Тольятти»

«То, что два современных автора из разных городов написали фантастический роман   о подростках это уже замечательно. То, что эти авторы из России  мужчина и женщина добавило мне интриги и надежды на  стереоскопический всепроникающий взгляд авторов в природу вещей и поступков героев. Спасти свой любимый город, друзей и родственников — вот сверхзадача! Книга «Час желаний»  учит добру, человеческим ценностям и конечно призвана помочь подросткам лучше понимать и анализировать присущие их возрасту проблемы и планировать будущее. Спасти Тольятти призывают  молодёжь Сергей Чекмаев  из Москвы вместе с Таисией Севрюковой из Новосибирска! Фантастическая цель. Только люди со сверхспособностями могли решиться на такое…

Желаю роману «Час желаний»  дойти до своего читателя, а авторам творческих и финансовых успехов. Спасибо! »

С уважением, Эдуард Филь,
исполнительный вице-президент «Международной Грушинской Академии»

Сергей Чекмаев
— писатель-фантаст, литературный редактор, игровой сценарист, IT-специалист и психотерапевт. Член  Союза журналистов России и Союза Литераторов России. Автор романов, сборников  романтической и фантастической прозы, а также более 400 рассказов, статей, эссе, тематических колонок и интервью в журналах, сборниках и антологиях. Выдающийся деятель культуры и искусства России 2012 года.

Таисия  Севрюкова
— писатель, сценарист, режиссёр культмассовых мероприятий. Член секции драматургии и сценаристики Союза Литераторов РФ. Точно знает, что все миры реальны, пока мы в них верим. Пишет в основном в жанре фэнтези и фантастики. Автор более 30 рассказов и нескольких романов.

«Час желаний» — ТАИСИЯ СЕВРЮКОВА, СЕРГЕЙ ЧЕКМАЕВ

Дарине четырнадцать. Она хочет слушать старую музыку, лазить с друзьями по заброшкам и носить классные шапки. Ей надоело слушать нотации старшей сестры и чувствовать себя забытой и одинокой. И уж, конечно, она и не мечтала попасть под пристальное внимание специальных служб. Но все это не так важно, когда тучи сгущаются и над родным городом нависает смертельная опасность. Что поможет справиться с бедой? Верная подруга. Мудрый старший товарищ. Невероятные способности, за которые ещё придётся дорого заплатить. И самое искреннее желание. Только… не окажется ли цена непомерно тяжёлой для своенравной, но такой искренней и доброй девочки?

Глава 1

 — Ребят, у него же оружие!

— Ромашка, ты дурак? Это травмат.

— Точно-точно, огнестрел не такой.

— Сами дураки… Настоящий ствол ведь!

— Да тише вы! — Лисёнок раздражённо обернулась к мальчишкам. — Если будете препираться, нас ещё до входа запалят.

— Лисёнок права, — прошепелявил Мелкий. — Молчите.

Ромашка и братья Уизли не стали ругаться с щуплым, но опытным диггером, и притихли, уткнувшись в траву подбородками — только макушки торчали среди мелких цветочков: светлая и две темных.

Рядом безучастно лежала Софа — сплошное чёрное пятно с тонной подводки на глазах. Подползла Ника, не жалея свитера в золотистых звёздочках, сдвинула шапку с уха Лисёнка и зашептала:

— Эй, эй, а может, лучше бы снова в военный госпиталь пошли? Там охраны почти нет.

— Да сто раз там были, — отмахнулась Лисёнок.

— А ещё разок…

— Слушай, Вероник, если боишься, я тебя не тащу.

— Да прорвёмся, — пропыхтел Мелкий. — Мы ещё в командный бункер под «Волгой» залезем — вот это будет сенсация!

— Ага, сверхсекретный бункер под санаторием, — хмыкнула

Лисёнок. — Это ж легенда, Мелкий.

— И ничего не легенда! — обиделся диггер. — Я у одного пиггера планы видел! Там все… Так, тихо!

Подростки затаили дыхание. Охранник за сетчатым забором зевнул, почесал затылок и вразвалочку потопал к сторожке, зеленевшей за вентиляционными киосками.  Лисёнок вслед за Мелким привычно подобралась, готовясь к броску.

Вот сторожу осталось десять шагов до угла…

Семь, пять…

Вот он подошёл к повороту…

Остановился, ещё раз внимательно оглядел территорию…

И свернул за угол.

Мелкий первым подбежал к забору и ужом скользнул в дыру, осторожно отогнув край сетки. Лисёнок, Ромашка и оба Уизли юркнули следом, Ника чуть не зацепилась свитером. Софа пролезла последней и лениво, как кошка лапой, подтолкнула сетку на место.

Вытоптанная полянка, облезлый серый домик, дверь с нерабочим замком, темень и запах сырого бетона… Лестница вниз.

Лисёнок пропустила всех вперёд и задержалась. Наконец снаружи прошуршали шаги охранника. Все спокойно. Неслышно выдохнув и натянув поглубже шапку, Лисёнок поспешила за друзьями в тёмное нутро бункера.

Одна массивная дверь, другая, третья… В ярком свете фонарика тревожно краснели ряды кнопок на стене, жучками ползли под ними надписи — ГК-5В, ГК-11А, ГК-10Е… Четвертая гермодверь оказалась закрыта, зато рычаги штурвала ходили свободно. Мелкий первым вцепился в один из них, но силёнок не хватило. Тогда подключились остальные. Механизм поддался, тяжёлую створку с трудом сдвинули. Едва-едва, только чтоб пролезть.

Лисёнок удовлетворённо хмыкнула. Тихо сработали, никакого скрипа и лязга.

— Да тут добра больше, чем на Железке! — ахнул кто-то из Уизли.

Лучи выхватывали из темноты пыльные металлические ящики,

решётки и провода, панели с кнопками, круглые шкалы и предупреждающие надписи. Один из Уизли — Фил, судя по кофте с мотоциклом — снял с настенного телефона трубку и пробасил:

— Пост радиационного контроля, слушаю! — и захихикал вместе с братом.

Смех близнецов быстро затерялся под тяжёлыми сводами.

Мелкий вытащил какие-то бумажки из внутреннего кармана куртки. Все столпились вокруг, а Ромашка как самый высокий светил поверх голов.

— Короче, смотрите, — Мелкий ткнул в корявую карту. — Реальную схему не добыл, но это мне знающие люди рисовали. Мы сейчас на минус первом этаже. Сплошная техника, хоть коробками выноси, и крутая радиостанция есть. Старая — жуть! На втором,

вот здесь — пищеблок, морозилки, склады всякие и вентиляция. А на двух нижних этажах жилые отсеки. Тут даже ядерную войну пересидеть можно, прикиньте?

— А это что, вентиляция шумит? — настороженно спросил Ромашка, нервно оглянулся и дёрнул плечом.

Все прислушались. Действительно, издалека доносился тихий шум, похожий на работу кондиционера.

— Ага, — кивнул, наконец, Мелкий. — А то задохнуться можно.

Кстати, дальние отсеки на минус четвёртом иногда подтапливает. Можешь фоткаться на здоровье, Софа, но без сапог я бы туда не совался.

— Отлично, я пошла, — Софа накинула глубокий чёрный капюшон и удалилась во мрак.

Макс и Фил пошли вместе — на то и близнецы, — Ромашка

увязался с ними, а Мелкий остался с Лисёнком и Никой. Они

спустились ещё на этаж и увидели целый лабиринт. Над головами тянулись толстые ржавые трубы в белых потёках, вдоль стен громоздились синие баки.

Пахло мокрым железом. Лисёнок фотографировала, Ника в основном читала надписи и приставала к Мелкому с вопросами.

— КД-20… Это что?

— Не знаю.

— Вентсистема номер два? А сколько их тут?

— Больше десяти, кажется.

— А зачем столько?

— Вероник, вот ты чего попроще спроси, а, — вздохнул Мелкий. — Я вообще-то сталкер, а не техник.

Лисёнок усмехнулась их беседе и пошла дальше. Бункер, как и ожидалось, оказался интересным, но мрачноватым. Лисёнок рассматривала незнакомые железки, знаки, провода, двери, и гадала, что тут делали прежние обитатели. То есть — вполне понятно, что. Крутили ручки на радио, передавали и принимали всякие важные сведения, готовили в пищеблоке, спали и отдыхали на нижних уровнях. Но каково все время торчать под землёй? Приходить на заброшки и исследовать их — одно, а жить в подобном месте…

Лисёнок поёжилась. Может, это даже интересно, но она бы не согласилась. Ей и так временами казалось, что стены постепенно сдвигаются, а дышать становится тяжело. Не выдержав,

Лисёнок даже остановилась и прислушалась к шуму спасительной вентиляции.

Ника и Мелкий в очередной раз отстали, только голоса слышались за поворотом. Лисёнок нырнула под очередной изгиб воздуховода. Дальше было ещё теснее. Лисёнок, как шпион между лазерными лучами, переступала трубы, наклонялась, огибала вертикальные конструкции, проскальзывала мимо рычагов, не задевая их, и иногда проводила пальцами по тускло блестящей под слоем серости краске. В пыли оставались неровные дорожки,

точно колеи на лунной поверхности. Возле непонятной металлической коробки — и зачем ее тут воткнули? — Лисёнок остановилась и парой смелых штрихов нарисовала смайлик: кругляш, глазки-крестики и линия рта с высунутым языком. Помер от недостатка воздуха, бедняга, прямо посреди вентиляции.

Лисёнок хихикнула и продолжила путь. Изредка совсем рядом что-то шуршало и постукивало, и такие места она старалась миновать поскорее. Дойдя до тупика, она прижалась к стене и начала фотографировать лабиринт. Вспышка озаряла пространство и ярко бликовала на металле. В тенях плясали причудливые силуэты, но Лисёнок старалась не обращать внимания. Мало ли что привидится… Так ведь?

— Каменные джунгли, — пробормотала она, поправляя провод-лиану на переднем плане.

— Даря! Дарина! — раздался шёпот из-за труб.

Сбоку затопало, завозилось, и в угол с пыхтением и айканьем пробралась Ника.

— Ты через это лезла? — указала она на лабиринт.

— Ну да. Фотки хорошие получились, — Дарина показала подруге телефон.

— А-а. Круто, круто, — кивнула Ника. — А там сбоку коридорчик есть. По нему пройти легче.

Лисёнок отмахнулась и спрятала телефон в сумку на груди.

— И скучнее.

— Чего тебе скучнее?

— По удобным маршрутам ходить. Там, где асфальт, нет ничего интересного, а где интересно, там нет асфальта.

Ника закатила глаза, но очень наигранно.

— Начиталась своих Стругацких и умничаешь…

Девочки вернулись к началу коридорчика, где Мелкий сосредоточенно отковыривал от стены табличку с предупреждающей надписью.

— До конца дошли? — прошепелявил он, не отрываясь от дела.

— Да-да, дошли, — сказала Ника и натянула рукава на ладошки.

— Генератор видели?

— Какой генератор?

— Запасной. Здоровущий, говорят. Ну, видимо, он там, — Мелкий мотнул головой, потому что руки были заняты. — Только не крутите ничего, вдруг рванёт.

Комната с генератором оказалась подписана крупными красными буквами. Ника задрала голову, разглядывая необычно высокий потолок и тонкие блестящие трубочки, что тянулись по нему.

— Классный декор…

Лисёнок подёргала толстую трубу, которую удерживали у стены прочные на вид скобы.

— Эй, Ника, смотри, — она посветила на бетонный карниз вверх. — Давай я оттуда тебя сфоткаю, а? На аватарку.

— Точно! Лисёнок, ты гений! — восхитилась Ника и кокетливо

поправила волосы. — А где лучше?

— Лучше не «где», а посвети. Не хочу держать фонарь в зубах.

Дарина ловко поднялась, цепляясь за ржавые скобы. Когда она перелезала на карниз, в пыли остались отпечатки изящных ладошек.

— Так, теперь позируем, — сказала Лисёнок, устраиваясь на карнизе и чувствуя себя воробьём посреди января.

— Мне каким боком встать?

— У тебя нет боков, сплошная идеальная фигура.

— Ну да, конечно, — хихикнула Вероника и поставила ножки слегка косолапо, почти соединив коленки. — Давай.

На двадцатой или двадцать пятой фотографии Дарина почувствовала, как по ноге что-то ползёт. «Если таракан… или мокрица, фу, я умру от омерзения. Но чуть позже», — подумала Лисёнок, а вслух сказала:

— Будешь постить — меня отметь.

— Да-да-да, обязательно, — закивала Ника. — Софа обзавидуется!

В комнату зашёл Мелкий и немилосердно посветил прямо в глаза. Из рюкзака торчала оторванная-таки табличка.

— О-о-о, понятно, инстабогини, — диггер покачал головой. —

Лисёнок сегодня вообще телефон из рук не выпускает. Ника, ты её заразила.

— Я для отчёта о походе снимаю! — возмутилась Дарина. — На

форуме ни одной нормальной фотки отсюда нет, все тёмное. Мне твоя братия ещё спасибо скажет.

— Ладно, ладно, — примирительно сказал Мелкий. — Я с девчонками не спорю — себе дороже.

И тут совсем рядом что-то взвыло. Протяжно, тоскливо и тревожно.

— Генератор! — взвизгнула Ника и шарахнулась к двери.

— Да я же шутил! — испуганно крикнул Мелкий куда-то вверх.

Лисёнку показалось, что потолок опустился, придавив ее к карнизу. Она лихорадочно огляделась в поисках источника звука. На какой-то миг за гнусавым воем ей послышался… смех.

— Глянь в коридоре! — рявкнула Дарина на растерявшегося Мелкого — опытный диггер, как же…

Тот выскочил в коридор, и оттуда раздался новый вопль, полный непритворного гнева.

— Пвидувки! — растеряв от ярости остатки дикции, голосил Мелкий. — Вывубите! Шутники гре…

Сирена смолкла. В коридоре хихикали и шумно возились. Когда выбежала ещё и Ника, шуму стало больше — прибавилась ругань на корейском. Через дверной проем было видно, как мечутся лучи фонариков.

— Я… я не успел их остановить! — воскликнул Ромашка. — Ребята, это не смешно…

— Ещё как смешно! — кто-то из Уизли все не мог успокоиться.

— Вот это вы лохи! — поддержал его второй.

— Никуда вас больше не возьму! Вот в жизни! Никуда! — Мелкий разозлился не на шутку.

— Хороший звук, нашли, а? И не обманули в магазине, динамик у телефона — ого-го!

— Да вы!..

— Ребята… — опять жалобно повторил Ромашка. — Ой, аж сердце ёкнуло…

Лисёнок на карнизе жалела, что до сих пор не спустилась и не может лично пнуть близнецов.

Часть ламп под потолком мигнула. И зажглась, залив все холодным светом.

Сердце Дарины упало в живот.

— Запалили, — севшим голосом сказал Мелкий. — Будут при свете искать.

Дарина заёрзала, спустила ноги с карниза и спрыгнула. Удар все равно неприятно отозвался в позвоночнике.

На ходу поправляя шапку, Лисёнок подбежала к друзьям.

— Заманим их поглубже и рванём к двери? — быстро спросил Макс.

— Они же не совсем дураки! — огрызнулся Мелкий. — Перехватят.

— Подождите! Тут ведь все должно быть продумано, да? И аварийный выход есть, — от волнения голос Ромашки звучал выше, чем обычно. — Где-нибудь, а?

— Верняк! — встрепенулся Мелкий и полез за картой. — Где же…

— Быстрее! — Фил нервно оглянулся в сторону лестницы.

— Вот ты меня ещё потовопи! — опять взвился диггер. — Так.

Вам вдоль той синей вентиляции, потом налево через какие-то двери, и там, э… Шахта вверх. Лестница, видимо.

Уизли тут же рванули вперёд.

— Как это «вам»? — ахнула Ника. — А ты?

— Софа внизу, надо ее позвать, — угрюмо ответил Мелкий.

— Ой, мамочки… — прошептал Ромашка.

Мелкий обречённо глянул на друзей и потрусил к лестнице.

Свесившись через перила, он набрал в грудь воздуха, сунул пальцы в рот… И выдал только тихое сипение. Диггер в отчаянии пнул ступеньку и укусил себя за нижнюю губу. А потом снова вдохнул поглубже. На этот раз свист вышел таким громким, что Лисёнок

вздрогнула, а Ромашка и Ника одновременно схватились за неё.

Сверху затопали. Ребятам почудилось, что в комнату вот-вот ворвётся охрана.

— А вот теперь валим! — крикнул на бегу Мелкий.

Они мчались через полутёмные коридоры, запинаясь о неровности плитки и трубы, пару раз чуть не проскочили нужный поворот, но все же догнали Уизли у дверей. Братья отчаянно пытались повернуть штурвал. Тот не поддавался.

Бункер тут же показался бетонной ловушкой, а топот охранников — чем-то жутким и неотвратимым.

— Нет, нет! — Ника ударила по двери кулачками. — Если нас накроют, точно влетит по первое число!

Ромашка тоже вцепился в рукояти, его заметно трясло. Дарина сквозь грохот сердца в ушах слышала, как друзья ругаются и бормочут:

«Пожалуйста… Откройся! Только бы убраться отсюда! Пожалуйста!..»

Ну же, взмолилась Лисёнок неизвестно кому, пусть все откроется, пусть дорога будет свободна. Ну же!

Ноги стали ватными, а в ушах зашумело резко и сильно — странный, новый звук, похожий на работу неисправного радио. Дарина от неожиданности пошатнулась. И в этот момент штурвал провернулся легко и быстро — мальчишки чуть не попадали. Мелкий от волнения сам вцепился в тяжёлую дверь, и та под напором невысокого диггера открылась, точно фанерная.

— Вперёд! — и он первым рванул в узкий коридор.

Ника потащила замершую Дарину следом. В ушах у Лисёнка все ещё ужасно шумело.

Где Софа?

Где охранники?

Под ладонями оказались шершавые «ступеньки» лестницы. Лисёнок автоматически переставляла слегка заплетающиеся ноги,  хваталась за новые и новые перекладины…

Наверху что-то громыхнуло, осыпались комья земли. Диггеров залило ярким дневным светом. Уже вылезая из люка, Лисёнок заметила, что к ним бежит Софа, а домика-входа нигде не видно…

— Дёру, дёру! — подстегнул всех Мелкий и прытко понёсся вниз по пологому склону.

Дыхание смогли перевести только в павильончике на старой остановке на безлюдной дороге. Страх отступил, оставил только бурление крови и переполняющие эмоции. Адреналин догорал. Ребята говорили и кричали, перебивая друг друга, размахивали

руками и хохотали. Никто ни на кого уже не злился, и воду из фляжек и бутылок поделили на всех.

— А я им типа: «Придурки! Вы чего творите?!», а они мне: «Да смешно же!», прикинь? — рассказывал Мелкий Софе, едва не захлёбываясь слюнями.

— Не, с сиреной нормальная тема, — усмехнулась Софа. — Только думать надо, где так шутить. Точно не там, где охрана.

— Слушайте, ладно, шутка получилась эффектная, — Лисёнок хлопнула по плечу Макса и приобняла Мелкого. — Но вы человека до смерти перепугали, между прочим.

— И ничего не перепугали! Я аварий с сиренами не видел, что ли?! — возмутился Мелкий и сбросил руку Дарины. — Да в тринадцатом году, когда бомбануло на заводе, вообще не испугался! А мне до него ближе всех.

— Конечно. В пять лет ты и не понял ничего, — ехидно заметила Софа.

— А может… может, мы зря вообще убежали? — выпалил Ромашка, и все удивлённо уставились на него.

— Ребят, Ромашку подменили, — покачала головой Ника, и Уизли с готовностью захихикали.

— Ну… Спрятались бы и переждали, пока охрана уйдёт. Сколько их — трое? На такую площадь? А мы бы перебегали…

— Чую пробуждение Индианы Джонса. Или Лары Крофт, — протянул Макс.

— Не, Ромашка, рискованно, — возразил Мелкий. — Когда нас поймали крайний раз, мне вообще не понравилось. Больше  не хочу.

Дарина присела на лавочку немного в стороне. Шум в ушах почти прекратился. Лисёнок, потирая колени, смотрела на равнину и очертания рощиц и посёлка вдалеке. Город за левым плечом закрывала остановка. Лисёнок думала. Как же они смогли выкрутиться? Сначала та дверь, потом чудом миновавшая охрану Софа, как чёртик из табакерки. Но главное — люк. Дарина видела его толщину. Такую махину, да ещё присыпанную землёй — попробуй подними…

Рядом плюхнулась Ника. Прищурила и без того узковатые глазки, поправила растрепавшееся каре, положила руку на плечо Дарине.

— Ну, все нормально?

— Конечно, — кивнула Лисёнок. — Хорошие фотки успели сделать.

— Да-да-да, фотки обалденные!

— Ты их ещё даже не видела.

— Я и так знаю! — рассмеялась Вероника.

— Слушай, а тебе сильно влетело, когда вас в прошлый раз сцапали?

Ника хмыкнула и быстро спрятала ладошки в рукава свитера, а потом и вовсе сунула под мышки.

— Да не особо. Папа в командировку уехал, мама с очередным заказом зашивалась. Ну, поругали, поохали. А вот что тебя тогда не было, это хорошо. Мария бы…

— Не напоминай про неё, — отмахнулась Дарина. — Сегодня вернусь поздно — опять начнётся.

Они ненадолго замолчали. Ника болтала ногами, Лисёнок с кислым видом пыталась отряхнуть лосины от пыли. При упоминании Марии в голове сразу зазвучала целая симфония нравоучений и порицаний — выбирай на вкус.

— Даря, а ты, выходит, никогда не попадалась, — вдруг с радостным удивлением сказала подруга. — Вообще ни разу с тобой вместе не ловили!

— Правда? Хм… Может, и не ловили.

— Точно тебе говорю. Ты наш талисман, похоже, — засмеялась Ника. — С тобой всегда удачнее проходит. Даже сегодня!

— Это тебе из-за дружбы кажется, — улыбнулась Дарина.

— Не-не-не, правда так! Спроси у ребят, если не веришь.

— Верю, верю. Слушай, дай попить, а. У меня все уже выдули.

Компания топталась у остановки, делилась впечатлениями, фото и остатками воды. Ромашка, вернувшись к обычному состоянию, опасался погони, постоянно выглядывал из павильона и тут же прятался обратно. Но никто за ними не гнался. В конце концов, решили выдвигаться к городу.

Процессия немного растянулась вдоль дороги. Впереди шёл гордый Мелкий с трофеем в виде таблички, следом — Софа и Ромашка, поделившие наушники, за ними шагали под руку Лисёнок и Ника. Позади всех толкались и хихикали близнецы. Солнце постепенно клонилось к закату, стрекотали в траве насекомые, тащились у самого горизонта желтоватые облачка.

На остановке у шоссе сидела старушка с тележкой. Уизли шёпотом начали спорить, что спрятано в клетчатой сумке, в азарте затараторили громче и, наконец, привлекли внимание бабульки.

— Ишь, какие шумные, — беззлобно проворчала она. — Вы где так перепачкались, ребятишки? Из-под земли вылезли?

Близнецы захохотали раньше остальных, и даже Софа издала смешок, отвлёкшись от телефона. К остановке подъехала рейсовая маршрутка — компания быстро оккупировала заднюю часть салона и стала собирать по карманам мелочь на проезд.

— Двадцать три, — вздохнул Мелкий, подбрасывая найденные в куртке монетки. — У кого будет пятак до завтра?

Лисёнок молча протянула недостающий пятачок. Диггер радостно заулыбался во всю чумазую рожицу.

Маршрутка ползла по дороге, пейзаж за окнами неторопливо заливало оранжевым, а с каждой новой остановкой в салон все набивался и набивался народ. Дарина разделила узкое сиденье в уголке с Никой. Подруга спала у Лисенка на плече, смешно приоткрыв рот. Остальные, сбившись кучей, обсуждали фильмы, и громче всех что-то доказывал, само собой, Мелкий.

Дарина ненадолго прикрыла глаза, потому что голова немного гудела. От гомона вокруг хотелось спрятаться. Одной рукой Лисёнок умудрилась достать телефон и наушники. Уже почти восемь…

Ну, не совсем же посреди дня на охраняемый объект ломиться. Только Марии этого не объяснишь. Лисёнок сердито ткнула в иконку пуска, спрятала телефон в карман и завесилась от мира светлыми прядями. В ушах негромко пело:

— А не спеши ты нас хоронить, а у нас ещё здесь дела.

У нас дома детей мал-мала, да и просто хотелось пожить…

Прощаясь на Тёщином языке с Никой и Ромашкой, Дарина крепко пожала ему руку.

— Молодец, что хоть попытался остановить Уизли.

— Да было бы, чем гордиться, — слабо улыбнулся Ромашка. — Ну… Пока, девочки.

Подруги посмотрели вслед долговязой фигуре, и Вероника вздохнула.

— Ему бы компанию поспокойнее. Чтобы все такие же, как он — детей любили, классику слушали, олимпиады по истории выигрывали… А то когда пятнадцатилетка возится с пятым-седьмым классом, это грустно.

— Не, с нами он хотя бы живёт, — усмехнулась Лисёнок. — По-настоящему. Интересно. Да и не такая большая разница в возрасте.

Наконец расставшись и с Никой, Дарина немного тоскливо взглянула на многоэтажку в тёплых пятнах окон и свернула к своему подъезду. Она едва успела зайти и запереть дверь квартиры, когда с кухни вышла Мария и встала в проходе, скрестив руки на груди. Ещё не переоделась из делового костюма — значит, задержалась на работе. Или собралась куда-то?..

— Опять, — не спросила, а констатировала Мэри, окинув Дарину укоризненным взглядом.

В них всегда легко узнавали сестёр. Но сходство, сказать по правде, было только внешнее.

— И тебе привет, — буркнула Дарина, сняла кроссовки и прошлёпала в ванную.

Мария на ходу стянула шапку с Лисёнка. Та обернулась, готовая возмутиться, но Мария уже вернулась на кухню.

— Ужинать будешь?

— Буду, — отозвалась Дарина, разглядывая веснушчатую мордашку в зеркале.

— Только переоденься сначала. Пыльная вся. Скоро будешь, как этот ваш… Короткий.

— Он Мелкий, — проворчала Дарина и пошла переодеваться.

Несмотря на вредный характер, Мария готовила очень вкусно, а за пять лет вынужденной практики хорошенько набила руку.

Младшую сестру она тоже привлекала к домашним делам, но не всегда успешно.

Дарина быстро уплетала овощи и макароны с невообразимо вкусной подливой — и не смотри, что приготовлено утром и просто разогрето, — иногда откидывая назад лезущие в тарелку волосы. Мария есть не стала и, неторопливо попивая чай, косилась на Лисёнка поверх чашки.

— Собери уж волосы нормально, — не выдержала она. — Тебе же самой мешают.

— Не хочу, — пробубнила Дарина.

— И не набивай так…

Лисёнок запихнула в рот ещё ложку и уставилась на сестру с вызовом. Та хотела сказать что-то, но лишь вздохнула и махнула рукой.

Дарина расправилась с ужином и налила себе чаю. Мария проводила кружку взглядом и даже не стала спрашивать, не хочет ли бестолковая сестра сначала подогреть воду.

Спросила другое.

— Ты читаешь то, что вам задали на лето?

Дарина не ожидала атаки с этой стороны, поэтому трусливо взяла тайм-аут, мелкими глотками залив в себя почти половину чая.

— У меня своих книг хватает, — ответила она, наконец.

— Дарин, уже июль. В начале года всегда пишут работы по

прочитанному. Опять будешь списывать?

— Слушай, Мэри, ну вот какое тебе дело?! — взвилась Дарина.

— Я о тебе забочусь, — резковато ответила Мария и нервно поправила выбившиеся из укладки волосы. — Только и делаешь, что шатаешься по тёмным углам и в интернете сидишь. Ты уже несёшь определённую ответственность за свои действия, даже

юридически. Пора браться за ум.

— Ты говоришь как бабка.

— Как нормальный взрослый человек.

— Скучный! — фыркнула Дарина и пошла мыть тарелку.

Она яростно выкрутила кран на полную, и во все стороны полетели брызги.

— Я пытаюсь воспитать из тебя что-то толковое, вот и все. Раз уж это приходится делать именно мне…

— Пытаешься сделать меня такой же занудой!

— О, ну конечно. Зато твои друзья-троечники, с которыми ты скачешь по подвалам, очень интересные, — с лёгким презрением сказала Мария.

— Они не троечники! — Дарина оставила тарелку в раковине и резко обернулась. — И у меня, по крайней мере, есть друзья!

Мария вздрогнула и открыла рот, чтобы ответить, но так и не произнесла ни слова. Дарина выскочила с кухни, быстро закрылась в своей комнатке и сползла по стене, обхватив колени. Горло сдавливало, а голова снова болела.

— Папа с мамой воспитывали лучше… — прошептала Дарина и шмыгнула носом.

Она посидела немного, потом повернула левое запястье к себе.

Там, поверх сеточки вен, рыжела маленькая татуировка: лисичка — тельце-капелька, большой хвост и острые ушки.

— Почему Машка все время меня контролирует? — прошептала Дарина лисичке. — Чего ей надо, а? За что она меня ненавидит? И при маме с папой ненавидела, а теперь… Я не дура!

Сама знаю, за что отвечаю, чего мне делать и чего читать! Вот… Вот зачем она?!

Лисёнок вздохнула, погладила татуировку пальцем и ненадолго замолчала.

— А знаешь, что сегодня случилось? — спросила она тихо. — Такой эпик… Надо ещё Нике фотки скинуть и на форум выгрузить.

Но сначала расскажу. В общем, залезли мы в этот…

На кухне слышался тихий звон посуды и журчание воды. Мария, подтерев слегка растёкшуюся тушь, домывала брошенную  сестрой посуду.

Глава 2

Ладошка Ники была немного влажной. Дарина аккуратно вытащила руку – вытереть, и подруга схватилась за кофту.

Ника ужасно боялась. Гулять по вечернему лесу хоть и интересно, но слишком уж страшно – про зелёную зону между районами что только не рассказывают. И гиблое место на холме, и серийный маньяк, который любит охотиться аккурат по вечерам, и даже какие-то страшные культисты, а эти не брезгуют и человеческими жертвоприношениями. Мальчишки ещё не такое наплетут, Уизли особенно – обычно Дарина им не слишком-то верила. Но сейчас предательское воображение дорисовывало то пристальный взгляд в спину, то треск сучьев под чьими-то тяжёлыми шагами…

Или даже светящиеся глаза!

– Ой! – воскликнула Вероника и спряталась за Дарину.

Навстречу по узкой тропке проехал велосипедист, у которого на руле покачивались два маленьких фонарика. Лисёнок хихикнула и аккуратно отцепила от себя тонкие пальчики.

– С самого обеда тут гуляем, все тропинки десять раз исходили, – снова заныла Ника. – А теперь вообще под какой-нибудь корягой останемся. Неужели тебе не страшно?

– Слушай, Вероник, нечего бояться. Тропинку видно, сеть ловит. К тому же тут Дендропарк совсем близко – всех монстров охранники и садоводы отловили. Никто на нас не выпрыгнет из-за кустов. Даже если Белый ученик специально по твою душу придёт.

– А если маньяк? – шёпотом спросила Ника и снова вцепилась как клещ. Попробуй отлепи…

Она вообще никогда не была трусихой, просто плохо видела в сумерках. И теперь буйная фантазия тащила из памяти все полузабытые страшилки.

– Ты когда последний раз про маньяков в нашем городе слышала? Я – только про того, при котором мы ещё и не родились. Сказки это все, истории от Уизли. Ты ж их знаешь – трепачи ещё те.

– Может, пойдём побыстрее, – как-то совсем жалобно взмолилась Ника.

Лисенок спорить не стала, ей тоже давно расхотелось гулять. Не из-за страха – просто ноги гудели от долгой ходьбы. Не натереть бы…

Когда наконец послышался шум трассы, Вероника перестала пророчить страшную погибель в глухой чаще, повеселела и потопала вперёд: откуда только силы взялись? В первом же ларьке Ника купила пирожок и умяла за считанные секунды.

– Цивилизация, – блаженно выдохнула она.

Лисёнок только поджала губы. Сколько бы Ника ни шаталась по заброшкам, менее городской и домашней она не становится. Даже в прошлогодний поход умудрилась взять палочки-чоккарак и сосредоточенно ловила ими ананасовые кусочки в консервной банке.

– Слышала, что там с новым залазом? – спросила Дарина.

– С чем? – Ника округлила глаза.

– Ну, с вылазкой. Мелкий так называет, диггер наш доморощенный.

Ника потрепала черные ушки на шапке Лисёнка, точно они принадлежали настоящему коту.

– Не будет пока вылазок. У Мелкого какие-то неприятности, а Макса с Филиппом забрали на дачу.

– Хм… Можно позвать Софу и сгонять на химзавод девчачьим коллективом. Не знаю.

– Ой, точно! Мелкий потом беситься будет, что без него пошли, но уж он-то отходчивый!

– Хотя завод мы уже вдоль и поперёк излазили. Да и нечего там сейчас делать, только охране попадёмся и по шее получим. Уизли две недели назад едва ноги унесли. Какое-то строительство начали, народу набежало – не проскочить! А все интересное вывезли, одни стены да мусор остались. Что там искать-то? В очередной раз в Бинокль посмотреть? Скучища же, – Лисенок вытащила из сумки телефон и замерла. – Вот черт!

– Что такое?

Дарина показала экран: «Мэри. 3 пропущенных вызова».

– Целых три? – ахнула Ника. – Кажется, будет буря.

– Вот у Ромашки нормальная сестра, а эта… За что она мне, а?

– Не переживай так, – Вероника погладила подругу по плечу. – Может, она за тебя просто волнуется. Как мои родители. Но они хотя бы счёт времени теряют со своими компьютерами, а твоя…

Лисёнок тоскливо пролистала уведомления – ни других вызовов, ни новых сообщений. Кажется, придётся звонить…

Ника посмотрела с сочувствием:

– Давай. Если предстоит нотация или выговор, лучше сразу. Нечего оттягивать.

– Ага. Лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Знаю-знаю.

– Ой! – вдруг спохватилась Вероника. – Меня же просили в магазин зайти! Блин-блин-блин… Даря, я побегу, ладно? А ты скорее иди к сестре, чтобы я тебя не задерживала. Все, потом спишемся. Пока-пока! До завтра!

Она помахала на прощание и умчалась. Дарина тяжело вздохнула и набрала номер сестры.

– Ты где? – без приветствия спросила Мария.

– Я же сказала, что пойду гулять на весь день.

– Конкретно сейчас. Где ты находишься?

– Слушай, я скоро…

– Где? – требовательно повторила Мария.

Лисёнок нехотя назвала адрес и медленно поплелась дальше. А вскоре перед ней возник в свете фонарей знакомый силуэт в деловом костюме и наброшенной на плечи курточке. Сестра подошла ближе, смерила Дарину взглядом и выразительно посмотрела на часы.

– Хорошо, что я заранее пошла в эту сторону. Почти десять. Я просила тебя не гулять по ночам.

– Ну, потопали домой, – буркнула Лисёнок, глядя в сторону. – Или так и будем стоять?

Они зашагали рядом под стук каблуков Марии. Даже сейчас нормальную обувь не надела, с досадой подумала Дарина. Перед кем собралась выпендриваться?

– Ты просто не можешь следить за временем или нарочно игнорируешь мои просьбы? – спросила Мэри.

Спросила сухо, устало, без эмоций. Как будто сама тяготилась ролью строгой воспитательницы. Накосячила – надо отчитать, так положено. А смысл? Что это изменит? Только снова поругаемся…

Дарина проводила взглядом очередной автомобиль и покачала головой.

– Мне нельзя погулять по городу? У нас тише, чем в какой-нибудь деревушке.

– Ты не была в тихих деревушках, – вдруг коротко усмехнулась Мария. – С чем сравниваешь?

– Да я образно! – отмахнулась Лисёнок. – Ты же поняла. И ничего со мной не случится. Время детское.

– Детское? В это время некоторые люди уже спят. И я тоже хотела лечь пораньше, как только доделаю договор, но теперь не лягу. Потому что вместо дел встречала свою сестру, которая так и не научилась выполнять простые просьбы.

– Могла не встречать! – огрызнулась Дарина.

– Я просто устала каждый вечер приходить в пустую квартиру, где никто никого не ждёт…

Голос Мэри странно дрогнул. Лисёнок почувствовала себя виноватой и от этого рассердилась ещё сильнее.

– Ладно-ладно, я тоже буду ужины готовить!

Мария плотно сжала губы и ничего не сказала.

Лучше бы ругала в самом деле. Так можно спорить и даже убедить себя, что ты права. А теперь от каждого молчаливого шага на душе все муторнее.

На всю улицу громыхнул рейв, и сестёр нагнал сочный рык автомобильного мотора. Наглый мужской баритон окликнул:

– Эй, котёнок!

Дарина быстро оглянулась через плечо и увидела блестящую серебром машину, из окна которой высунулся парень с модной стрижкой. Больше ничего рассмотреть не удалось, потому что Мария резко толкнула сестру подальше от дороги, и тихо сказала:

– Не оборачивайся. Просто иди и не тормози.

– Котёнок! – снова крикнул модник и свистнул. – Ты же слышала! С тобой кое-кто хочет поговорить!

Дарина едва не сорвалась на бег, но почувствовала на плече руку Марии.

– Мэри…

– Просто иди, – повторила сестра и сжала плечо чуть крепче.

Машина взревела, мгновенно догнала девушек и покатилась почти вровень с ними.

– Эй, не парься, всего лишь поговорить! О том, что ты устроила недавно. А если не придёшь, он сам тебя навестит! Поняла, котёнок?

Дарина сдёрнула с головы треклятую ушастую шапку и стиснула в кулаке. Сердце стучало быстро-быстро, а щеки отчего-то горели.

Вот кто пугает на самом деле. Не лесные монстры, не призраки брошенных домов – вполне себе живые, настоящие люди на спортивной тачке. Если, конечно, можно называть их людьми.

Только бы отстали!

– Да провалитесь вы… – еле слышно процедила Мария.

Только бы отстали!

– Котёнок, мы хотим услышать ответ! Ау? Давай, не жмись. Когда тебя ждать? Или, может, привезти прямо сейчас? Вот сюрприз-то будет! Кое-кто обрадуется!

Только бы…

Ровный шум мотора сменился нестерпимым визгом. Машина несколько раз дёрнулась, словно живая, и, резко клюнув бампером, замерла. Из дверей с руганью высыпали парни, водитель рванул крышку капота и сунулся внутрь, пытаясь понять, в чем дело.

Лисёнок успела улыбнуться на их попугайный вид – каждого можно было хоть сейчас лепить на обложку модного журнала. И тут почувствовала, как плывёт голова, а в ушах нарастает шум. Но плечо по-прежнему сжимала Машкина рука, и впервые за долгое время Дарина радовалась ее присутствию.

Сестры торопливо шли по вечерней улице, ругань и заглохшая машина остались где-то позади, а из-за поворота уже светило окнами знакомое здание.

«18 июля. Лёгкая облачность, обещают дожди в ближайшее время. Состояние стабильное, удовлетворительное. Уровень Печати – 0,3 (без изменений). Особых происшествий нет, но есть ряд совпадений. Проверяю».

Виктор потёр уставшие от монитора глаза, подтянул кружку поближе и заглянул внутрь. Тёмное содержимое отражало настольную лампу, точно луну. Что там заварено – мелисса со зверобоем? Или чай? Сразу и не припомнишь…

– А, плевать, – пробормотал Виктор, сделал большой глоток и кивнул. – Мелисса.

Он хотел вернуться к статье, которую только начал переводить, но из-под брошенной на кровать кофты раздался звонок. Пришлось вставать из-за компьютера и поспешно обыскивать карманы.

– Кроман, слушаю, – наконец сказал Виктор и поймал себя на том, что по привычке держит телефон как рацию. – Здравствуйте. Что? Снова? Да, конечно, утром зайду. Только не принимайте больше пока, вам двух таблеток хватит. Лучше ложитесь спать. Если спина сильно беспокоит, выпейте Мильгамму. Миль-гам-му. Серая упаковка, да. Не беспокойтесь, я приду утром. Спокойной ночи.

Виктор открыл блокнот, нашарил ручку за монитором, и рядом с другими фамилиями появилась ещё одна: «Меденко».

– Старость не радость, – вздохнул Виктор и сипловато кашлянул в кулак.

Наконец удалось снова взяться за статью. Кроман не особо верил подобным зарубежным изданиям, не важно – бумажным или сетевым, – но слишком заинтриговал заголовок:

«Найти Печать? Легко!»

Первый абзац энтузиазма не вызвал, но Виктор упрямо переводил дальше, сразу набирая в соседнем окне готовый текст.

«Нам бы очень хотелось услышать это в ближайшее время. Обнаружение медиа по их Печати – давняя мечта защитников правопорядка. Больше двадцати лет учёные пытаются создать технологию, которая отслеживает Печати любой мощности и вида. Но пока успехи невелики. Единственным рабочим вариантом остаются поисковые Печати – подобное находит подобное».

– Спасибо, кэп, – хмыкнул Виктор и сделал ещё глоток из кружки.

Перевод шёл туго: этот тип иероглифического письма он знал не слишком хорошо. Да и сама статья оказалось поверхностной, впрочем, что возьмёшь с агрегатора «жареных» новостей.

«По словам разработчиков, главная сложность – понять природу Печатей. Все, что нам известно – Печати являются сверхчеловеческими умениями. Как и все таланты, они даны немногим людям с рождения – их и называют медиа. Некоторые Печати больше напоминают странные особенности организма, другие скорее похожи на магию. Сторонники альтернативной истории даже считают, что боги древних на самом деле – сильные медиа. Их невероятные способности оказались вне понимания примитивного разума наших предков. Но и мы, увы, знаем немного. Почему медиа больше в одних местах и почти нет в других? Может быть, на них воздействует окружающая среда: радиационный фон или состав атмосферы. Или Печати – чей-то эксперимент, а неравномерное распределение – дело рук правительства. В свою очередь, генетики гадают, правда ли способности передаются по наследству. И чем обусловлена их уникальность, раз две одинаковых существовать не могут? Почему кто-то узнает о силе в районе 10-12 лет, а кто-то живёт до старости, не подозревая, что он медиа?»

– Неплохие вопросы, – кивнул Виктор монитору и отставил опустевшую кружку.

«Кстати, ювенальные службы видят в этом проблему: для ребёнка подобная ответственность слишком велика. Некоторые исследователи уверены, что сущность Печатей связана с параллельными мирами и внеземными силами. Возможно, они даже образуют единую систему и на самом деле служат не своим обладателям, а кому-то другому. Но пока реальность других Вселенных не доказана, не говоря уже о подобной взаимосвязи…»

– Так, ладно, а вот инопланетянами меня кормить не надо, – вздохнул Кроман и закрыл статью.

Место сомнительного сайта занял сталкерский форум. С некоторых пор Виктор заинтересовался им – много молодёжи, новости, которых не найдёшь в официальных источниках, и очень живое и честное общение. Там ведь все свои – чего скрывать, верно?

Сообщения от парнишки под ником «Meloch» появлялись на форуме регулярно. Виктор иногда пытался представить, что думают родители о похождениях чада, и пришёл к выводу: они явно находятся в счастливом неведении. Ну, хотя бы по большей части. Писал мальчишка эмоционально и не очень грамотно, зато подробно.

«Бункер с узлом связи – бомба! Охраны мало, дверь ваще никакая, а внутри – ну чисто пещера Али-Бабы…»

Дальше шёл длинный рассказ о том, какие там классные трубы и кнопки, какие идиоты братья Уизли, как трудно было отдирать табличку со стены, каких «кайфовых» фотографий понаделали девочки и как еле удалось сбежать от охраны.

«У нас ваще-то качков не водится, а там эта дверь. Я уж подумал, нам крышка. Ну а как мы откроем? Тоже мне, пожарный выход! С таким сгореть – дело ваще плёвое. Как пацаны вентиль повернули – до сих пор не знаю. Ещё затупил, полез сам дверь толкать, а у меня же интеллект прокачан, а не сила, ахах. Двигаю и думаю, ща надорвусь и хана. А она открылась как нефиг делать! Ещё и люк этот. Он в половину меня толщиной! Наверное, я режим супергероя включил. «С великой силой приходит великая ответственность». Ну а потом драпанули оттуда, конечно…»

Виктор нашёл на столе нужный лист и отметил там дату описанного похода. Совсем недавно. В папке набралось уже прилично материала по этой компании. Интересные ребята – безбашенные, постоянно куда-то влезают и легко отделываются. И возраст подходящий.

Конечно, есть ещё пара человек…

Кроман сдвинул папки веером, так, что стало видно мелкие подписи на каждой. Парнишка одиннадцати лет – пловец с благородными чертами лица, ныряет неправдоподобно хорошо. И сложен для своего возраста просто отлично. Девочка, которой недавно исполнилось тринадцать – миловидная юная художница, активно ведёт Инстаграм, недавно пережила пожар в квартире без единого ожога. Очень любит футболки с дурацкими надписями.

А вот девчушка из той самой компании. Другие тоже подходили, но Виктор почему-то остановился именно на Дарине – чутье, наверное. Когда подрастёт, будет красавицей. Пока же успела отличиться круглогодично носимыми шапками да хорошими отчётами о походах под ником «Лиssенок». И особой, молодой смелостью.

Что же ты за человек, Лисёнок?

Снова зазвонил телефон. Виктор быстро прокашлялся и взял трубку.

– Здорово. Есть новости? – он надолго замолчал, слушая собеседника, потом озадаченно хмыкнул. – Вот как? Неожиданно заглохла, значит. Это недалеко от ее дома, верно? Ага. Интересно девки пляшут… Ладно, надо к ней поближе присмотреться. Спасибо ещё раз, что помогаешь. Да, давай. Отбой.

Виктор бросил телефон на кровать, откинулся на спинку скрипучего компьютерного кресла и уставился в стену с задумчивым видом. Спрашивал – что за человек эта Дарина? Вот скоро и узнаешь. Пора.

А на стене, собственно, из интересного были только фотографии – старые и новые снимки семейной пары. Вот тут они совсем молодые, на чьём-то дне рождения. Тут в походе с друзьями – мужчина стоит по колено в воде и держит женщину на руках, а она цепляется за него и весело хохочет. Здесь они с маленьким сыном…

Кроман глухо кашлянул, быстро опустил взгляд и выдвинул ящик, чтобы убрать папки. На дне лежала свёрнутая газетная вырезка. Виктор за прошедшие семь лет выучил содержание наизусть.

«…По больницам Центрального района прокатилась волна необъяснимых исцелений, как сообщает нам городской департамент здравоохранения. На фоне недавних трагических событий на одном из производств некоторые сочли это божественным вмешательством. Храмы принимают новых прихожан, а сотрудники медицинских учреждений по всему городу пытаются найти причины повального выздоровления десятков больных, в том числе тяжёлых…»

– Олух царя небесного, – процедил Виктор и прихлопнул вырезку стопкой бумаг.

Он выключил компьютер, зябко укутался в кофту и вышел на маленькую кухню. Когда чайник зашумел, Виктор прижал ладони к тёплому пластиковому боку и закрыл глаза, постепенно согреваясь. Опять вспомнилась дурацкая статья с «жёлтого» сайта. Знаем мы, зачем доблестные защитники закона жаждут легко находить любого, особенно с какими-нибудь силами. Кто же не захочет отыскать нужного человечка и заставить работать на себя?

«А сам-то? Не тебе на власти наговаривать. Такая технология, сказать по правде, действительно пригодилась бы».

Кружка неожиданно закончилась. Виктор задумался, не выпить ли ещё и третью – обязательно горячую. Днём и без того тепло, а вот вечером без отопления грустно. Хоть обогреватель ставь. А это лишние траты… И так лекарства нужно покупать. У того же Меденко наверняка кончаются, а он со своей пенсии как наскребёт? Да, в основном все платят, особенно за консультации в сети, но такие вот одинокие старички тоже встречаются. Им и лечение подскажешь, и лекарства купишь, и за продуктами зайдёшь, и просто выслушаешь. А брать с них деньги точно рука не поднимется.

«Молодец, всем таблеток накупил. А себе?» – ехидно напомнил тоненький голосок из дальнего угла сознания.

– А это, – пробормотал Виктор, заваривая ещё кружку мелиссы, – лишние траты…

Продолжение следует…