МАРИНА ЧИРКОВА

Член Союза писателей России. Литературный обозреватель международных конкурсов «Кубок мира по русской поэзии» и «Чемпионат Балтии по русской поэзии » в 2018-2019 гг. Лауреат международной поэтической премии «Фонарь-2020», дипломант XVII фестиваля-конкурса литературного творчества «Решетовские встречи» 2017 г., победитель конкурса газеты «Комсомольская правда» «ПИФ» 2012 г. Публикации в России в газетах «Московский комсомолец», «Московский литератор», в журналах «Заповедник», «Кольцо А», «Контрабанда», «Российский колокол»,  «Футурум АРТ», «Южная звезда»; в Чехии в журнале «Пражский Парнас»; в США в журналах “Sinister Wisdom” и “Cutthroat”; на электронных ресурсах «45-ая параллель», “Фабрика Литературы», «ТОПОС», «Этажи», «МЕГАЛИТ», «Артикль» и др.  Кандидат химических наук, долгое время работала научным сотрудником в Российской академии наук (около 14 лет). Сейчас редактор медицинского журнала «Лечащий Врач». Живёт в городе Мытищи Московской области.

«Карандашом в сентябре»

Стихотворения

Контур

вымыто, стёрто. я — только контур.
пробегая, его заполняют
чужие собаки,
мальчишки,
мамашка с коляской и книжкой (какие блестящие спицы),
синие птицы — голубки на бульваре,
в наушниках парень.

а рядом, чуть за угол —
уголь,
шаткая алкашня,
смуглые грузчики
ждут, жгущее солнце степей,
недоумённое, сонное… эй, не пей!
сор и асфальт.
альт —
это уже река —
даль-
ше слышится. из ушкА
нитью упрямица тянется.
да, вода.
ну куда?..
едко, как в дверь соседка,
непрошенным лыком в строчку —
не-видите-заперто-на-цепочку,
придерживаю рукою — не беспокоить!..

нет, — синее и зелёное… незабелённое…
«ты же была русалка, жалко…
на, вспоминай —
месяц, май…
и не маши — дыши…
камыши…»
часы протискиваются боком.

хватит, пора.
эхом, охрой
зеркальце поворачивается внутрь,
прикрывается рисунком знакомым.

приветики, вот я и тут, —
дОма.

Только начинаешь

только начинаешь понимать того медведя —
в сугробе протаяно дыхальце,
ноги-руки почти согрелись,
как — вот!
кот:
шагами охотника в камуфляже,
по-над головой крадучись, ищет-не ляжет.
пахнет дождём, листьями, больше всего землёй,
корой.
лютое кладбище полёвок, лягушек,
вытащенных из гнезда птенчиков.
беру поперёк пуза, укладываю к подушке,
слушаю.
запахи выдыхаются, приручаются на мурчательное,
мечтательное.
котики глазастые, похожи на младенчиков,
говорят, поэтому их и любят женщины.
верить?
снова белое по тёмному, и уже — медведица,
спи, кошенька-мышенька, няшенка-вишенка-хвостатик,
нам до весны хватит
снегу…

утренним апрелем загляну к прабабушкам,
прополю оградку.
держали таких простых-рябеньких
верно, и они. да всё остальное
нет, не другое.

Карандашом в сентябре

1
…если лес и шелест, то вот, всклокочена,
на виду повыставлена не по уму,
а внутри одно, остриём, отточием
белокоро-письменному ему:
белокоже-лиственному пройдохе,
сукровично-слёзному, где надрез,
а слова – зализывать и по крохам,
в дорогое ряженые и без…

2
…бездумно, нога за ногу, а верхом течёт холод,
и гончая, подбегая, на лапы кладёт голову,
во след, и зрачок тёмный, и мех рыжина с белым –
она или я? точно уже не пойму первой;
и вызубрен от заглавных, выслежен до окончаний,
вылизан всклянь, усталый, один изо всех горчащий,
в крови его серый порох и красный воздушный шарик,
и зим тому… и не трогать, баюкать ещё маленького,
и буквы нежней пальцев, и вдох, как листок, длинный.
тихонько стеречь дальнего, брести письмецом ли, ивами…

3
ива сбрасывает кору и бежит в отлив.
звёздочки ареол вместо бывших веток.
море трогает. отполируйте до человека!
в новой жизни, смерти, голосе, сне…
море волнуется раз, выговаривает: иве-т-та…
и выбирает листики, божьих коровок из пасмурной гривы,
укладывает на голыши, подвязывает ламинарией-лентой,
и уходит… и вот ты идёшь ко мне
(а думал, купаться). здешняя, да? – привет?

Чья

1
…Чья жар-птица облако сахарной ваты скомкала?
Ты… Песчинки в шлёпанце… Берег — ломтик лимонный
на стеклянной (всклянь) каёмке ликёра… А сколько
нас, разноцветных осколков смальты — на Мальте?
Альт или кобальт? Плутаю пО небу пальцем,
рисую знаки (просто — просыплю — просо) вопросов…
Впросак, в сачок мотыльковый. Здесь есть мотыльки? Напротив
дремлет фламинго на двух коктейльных соломках…
Долгий глоток… Вплавь…  Расплавь —
не знакомы?…

2
П ервая  —  я,  но  потом  вернёшь  мне
О стролиста  заросли,  ангела  пёрышко,
Ц арицу-бабочку  (улетела),
Е дкий  сок  океанской  мели,
Л ьдинку  зрачка,  южный  загар,
У зкий  певчий  бокал…
Й од  и  ранку  —  правда?

Пустынное

…и вся её смуглая скорлупа,
горячая спальня вьюг,
в секущихся шорохах трав, упав,
увидишь – прозрачна вглубь
песка:
на тысячу злых шагов,
до косточки мышьей, до
ручья, оброненного далеко,
монетой в пустое дно,

и ты, то дёргаясь, то ложась
в бессонницу, букв крупу
ссыпая, голый язык зажав
зубами, несёшь во рту
пустыню:
колкую эту шерсть,
окрошку углов, узлов,
и тоже навстречу, как перст, как есть,
прозрачен на тысячу слов…

По красной нити

— Чего в такую рань? Эх ты. Легко ли
чём свет вставать, встречать идти старухе?
— Мне, бабушка, хотелось повидаться,
давно не говорили мы с тобою.
— А с дочками что не до разговоров?
— Да выросли они, живут отдельно,
к чему мешаться у чужого счастья,
я лучше к вам — ведь часто собиралась.
— Ну заходи. Дай поцалую… дылда.
Дом-от большой наш, и обняться есть с кем.
Мы все с тебя глаза-то не спускали,
не ждали правда рано так, но что уж.
— Что мама?
— Младшая моя краса и ныне!
Умней всех вас, всех лучше шьёт и вяжет —
светлее снега, легче паутинки!
Лишь тёплые ей вещи не даются.
— А папа?
— Нет, его ты не отыщешь.
Напрасный труд. Твой дядя тут пытался
свово сынка беспутного… соринка
во ста стогах. Но суть не в них, а вот где:
все, кто пришли — по кровной красной нити.
А белая не выдержит натяга.

— А как… не знаю, спрашивать…
— У нас он. Не толкошись, врачи сказали надо,
так им видней. А этот воздух лечит
и хвори, и обиды.
— Расскажи мне.
— Обычно здесь не любят нерождённых,
но твой весёлый. Мы назвали Ваней,
чтоб не забылось, каковы — дары.
Смотри-ко, вот и он. Беги, Ванюша,
встречай скорее маму. Зачерпни ей
пригоршню слёз, лицо умыть с дороги,
и молока грудного — ждать и пом[нить].

Ехать

…в красный трамвай и ехать. разума с кулачок,
рюха твоя, прореха, ореховый мозжечок.

где прорасти-добраться? сто первыми сентября,
пальчиками акаций — до стриженого тебя…
чтобы: такие дети, всё-то игра одна!
вот он, гляди, «секретик», таращится из окна:

кричный, коричный город, каменный шоколад,
улочки (злить и спорить), дворики (целовать),
дерево — сеть и дверца, кость и живучий альт —
солнечными младенцами сыплется на асфальт…

клеить кленовый «носик»? а, да и так чуднО!
чей-то случайный взрослый присматривает за мной…

Пить

Ты ведь не знаешь, чтО там.
С первого же глотка
лопнут горячим потом дойные облака.
Осы сосковых зёрен, бёдер нагар/прострел,
голос твой станет чёрен, станет зрачок твой – бел.
Встанешь, шагнёшь по шпалам, даль это сталь колен.
Путь развернётся алым, зелень плеснёт из вен.
Две поднебесных нити снижут желток и синь.
Разве же ты – не птица? Только беги! Неси
дробью безумных пяток, мельницей ног и рук –
нерастворённый запах, неотражённый звук!
Скорый по взлётке рельсов, выше-гляди-сметёт!
Веткой срывая время, навзничь листая – всё:
та, что ещё разлюбит, вновь первый раз с тобой…
Станут слюдою губы и шоколадной – боль…
Канет закат на блюдце, выплывет в бирюзе
дом, где тебя дождутся, где одному тебе
дальний ночник крылечка – ближе, теплее…
НЕТ!!
Это – ослепший встречный!.. И – оборвётся свет…

…Чашка с отбитым краем, трещинная змея.
Что в ней? Сама не знаю, яд или просто – я…

Приворот

Помани меня пальчиком-пальчиком – тАк хочу –
золотым ноготком удачи блесни, черкни!
Зацепился крючок в глубине, чешуя причуд
через сумрак вспыхнула лезвием… Край земли? –
Острой кромки льда, за которой – пропал, пропал!
Оступился в чёрное, – тонкое серебро
проломив коньками… а речка (не речь – река!) –
не поняв, всё бормочет страстное-не-о-том.

Озорна, жестока, веди ворожбы резец
коготком приманчивым, нежным, злым огоньком.
Или это я тебя, стёклышко-леденец,
прижимаю к нёбу танцующим языком?

Тень Ли Бо и другие

 …слу-
чайны розы-
грыши, в небе чай-
ка, сто видов чая-
ний в огне печа-
ли…
а жизнь пре-
дательская штука еже-
ли ты в китае я же на-
ивна хуже не-
жных и страшных по-
вестей безумного по-
эта судьба иных стран-
ней но чудится кар-
еты а может тыквы скрип-
ка и дрожит конь-
ячно… выпей луну ли-
бо тотчас сойди с у-
дачной тропинки в к-
рай куда пе-
ром раж-птицы вольной ле-
тишь словами лья-
сь вот так легко ли бо-
льно…